После "прилета" не стоит просто спрашивать "как ты": психолог объяснила, как помочь

После травматического события человек далеко не всегда думает о психологической помощи. И это вполне понятно. Когда человек пострадал, стал свидетелем тяжелого события или оказался в больнице, у него обычно есть совсем другие дела. Лечение, физическое состояние, документы, бытовые вопросы, семья, работа – все это нужно решать здесь и сейчас.

Иногда человек просто пытается понять, что происходит и что ему делать дальше. Он может чувствовать, что ему тяжело или плохо, но мысли об обращении к психологу при этом вообще может не быть. И именно здесь возникает ситуация, когда первым звонит не человек психологу, а психолог – человеку .

Что такое колбек, для чего он нужен и как работает вся система, рассказала специально для Wave RBC.UA психолог, эксперт платформы Betobee и психоэдукатор Анастасия Быкова.

Первый шаг психологической поддержки

Если случается что-то плохое (прилеты, стрессы, потери, трагедии) мы все говорим близким людям, коллегам и друзьям: "Если что - дай знать" или "Будет нужна помощь - скажи".

Но после пережитого стресса человек может быть просто не способен сам попросить о помощи. И именно здесь важно – сделать маленький шаг навстречу, проявить заботу и предотвратить развитие тяжелых психологических последствий.

Если человек пострадал, стал свидетелем тяжелого события или оказался в больнице, на первом месте обычно совсем другое: лечение, физическое состояние, документы, бытовые вопросы, семья, работа.

Именно для таких ситуаций существует колбек – проактивный шаг поддержки, когда компания сама обращается к психологам с запросом связаться с сотрудником, пережившим травматический опыт. Здесь важно само слово "проактивный".

Человек не всегда может сам понять, что ему нужна психологическая помощь, найти специалиста, записаться на консультацию и сформулировать свой запрос.

Поэтому психолог звонит по телефону первым. Не для того чтобы заставить человека пойти в терапию, а чтобы по-человечески спросить, как он, поддержать его в моменте и дать понять: если помощь понадобится сейчас или позже, есть к кому обратиться.

Колбек – это не "вас записали к психологу"

Колбек – это важный шаг поддержки. Он применяется, когда компания видит, что среди ее сотрудников есть люди, которые пережили травматический опыт: пострадали сами, стали свидетелями событий или сейчас находятся на лечении в больнице.

Компания может закрывать материальные или медицинские нужды работника, но психологическое состояние после пережитого события часто вообще не стоит в повестке дня. И это важный момент: это не значит, что ему хорошо .

Человек может понимать, что ему тяжело, плохо, страшно или необычно, но при этом быть полностью сосредоточенным на лечении, быту, семье или других неотложных вопросах. Или просто не планировать обращаться к психологу. Поэтому по запросу компании психолог звонит по телефону первым.

Его задача – по-человечески узнать о самочувствии человека, поддержать его в моменте и предложить консультацию. При этом колбек – полностью добровольный процесс . Здесь нет навязывания или принуждения. Даже если человек настроен скептически и не собирается идти в терапию, сам телефонный звонок уже может дать ему чувство опоры.

Во время разговора она может получить поддержку, а также сохранить прямой контакт с психологом на случай, если помощь потребуется позже. Иногда самое важное, что можно получить от такого звонка, – не немедленное решение всех проблем, а простое понимание: я не остался с этим один .

Это важный шаг и для работника, который видит, что он не сам, и для компании, демонстрирующей не только формальную, а действенную заботу о своих людях.

Психолог не обязательно звонит по телефону сразу после происшествия

Первый психологический контакт обычно происходит непосредственно на месте происшествия. Преимущественно это кризисные психологи, оказывающие первую психологическую помощь. В отдельных ситуациях эту функцию могут выполнять и врачи. Там происходит первый контакт с человеком.

Затем проходит некоторое время. Человек успевает повзаимодействовать со своей семьей, коллегами, врачами, заняться лечением или другими неотложными вопросами. И уже после этого может состояться колбек-звонок. То есть это не обязательно разговор непосредственно после происшествия . И на момент этого звонка люди могут оказаться совсем в разных точках переживания произошедшего.

Кто-то находится дома и постепенно отходит от пережитого. Кто-то находится в больнице. Кто-то проходит лечение, а лекарство оказывает успокаивающее действие. Такой человек может не испытывать каких-либо выраженных симптомов и даже испытывать своеобразнуе эмоциональное утешение.

Бывают случаи, когда связываться нужно уже с семьей или членами семьи, потому что сам пострадавший находится не в том состоянии, чтобы разговаривать.

Иногда помощь нужна и членам семьи - особенно если они сами пережили произошедшее или пережили его труднее, чем непосредственно пострадавший.

Человек, переживший травматическое событие, не всегда осознает, что ему нужен психолог (фото: Getty Images)

Что психолог спрашивает во время колбека

В первую очередь колбек – это жест заботы от компании к своим работникам. Компания, конечно, может спросить о физическом состоянии сотрудника, узнать, как он вообще, нужна ли ему материальная или медицинская помощь.

Но контакт с психологом – это несколько другое. Это дополнительное свидетельство заботы, когда человека можно вовремя подхватить, помочь ему заметить собственное состояние, получить консультацию специалиста и, возможно, почувствовать облегчение.

Во время такого разговора психолог может провести определенную психоэдукцию: объяснить, что человек сейчас может чувствовать, почему его реакция именно такая и как это может проявиться впоследствии. А дальше начинается то, что особенно важно после пережитого шока: наблюдение за собственным состоянием .

Во время разговоров люди часто делятся тем, что пережили, что видели и как это было для них. Они могут рассказывать о своем физическом состоянии, лечении, изменениях в самочувствии.

Специалисты также обращают внимание на важные критерии:

• как человек спит
• какое у нее общее самочувствие
• не возникают ли навязчивые картинки и мысли
• какой уровень тревоги

И здесь нет универсальной реакции, потому что кто-то реагирует волнами эмоций и гиперэмоциональностью. А кто-то, напротив, вроде бы ничего не чувствует. Может казаться, что человек спокоен, что он хорошо держится и с ним все в порядке. Но иногда это может быть своеобразной заморозкой.

Стресс и шок каждый человек переживает по-разному. Поэтому нет единственного "правильного" способа реагировать на травматическое событие.

Помощь может занять всего 10 минут

Или стать полноценной консультацией. Дальнейшие действия специалиста зависят от симптомов, запроса и того, что рассказывает человек во время разговора.

Иногда это просто короткий звонок заботы, иногда это разговор на 10–30 минут, во время которого человеку важно выговориться, рассказать, что с ним произошло, а психолог поддерживает, валидизирует его эмоции и помогает словами или техниками найти опору, чтобы держаться.

В редких случаях это может быть полноценная консультация, и она не обязательно выглядит так, как люди традиционно представляют себе терапию, ведь процесс происходит по телефону. Но это все равно процесс, во время которого человеку в конкретный момент нужна помощь, а специалист может его оказать.

Психолог может помочь умерить определенные ощущения или, наоборот, помочь что-то почувствовать. Может порекомендовать определенные техники или инструменты, которые помогут прожить случившееся, выровняться, немного опереться на что-то внутреннее или внешнее, почувствовать хотя бы небольшое облегчение.

Иногда человеку важно просто понять, с чем ему просыпаться на следующий день и что делать дальше. Запросы могут быть очень разными, но каждый такой контакт важен.

"Это уже не первый прилет, я справлюсь"

На практике психологи видят людей с очень разным бэкграундом и очень разным восприятием пережитой ситуации. Кто-то сразу ориентируется в собственных ощущениях и спокойно принимает поддержку. А кто-то привык опираться исключительно на собственную закалку и держаться по принципу: "Все нормально, это уже не первый прилет, я справлюсь".

Для многих украинцев это давно стало привычной моделью реагирования. Люди живут и работают в условиях постоянной опасности так долго, что высокий уровень напряжения стал для них фоновой нормой. И на этом фоне потребность позаботиться о собственном ресурсе просто отходит на второй план перед ежедневными задачами. Ибо:

• Надо работать
• Надо решать бытовые вопросы
• Надо помогать семье
• Надо лечиться
• Надо возвращаться к привычной жизни

И собственное психологическое состояние часто оказывается где-то в конце этого списка.

Когда главной опорой становятся семья и коллеги

Для большинства людей главным жизненным якорем остаются семья и рабочий коллектив. Особенно если люди работают бок о бок годами и чувствуют друг друга почти как родных. Именно эти люди часто первыми видят изменения в поведении, самочувствии или настроении.

В то же время есть и те, кто имеет сформированное недоверие к психологической помощи или стереотипное восприятие психологов и совсем не готовы идти в индивидуальные консультации. И здесь нет задачи кого-то заставлять или убеждать. Колбек не должен превращаться в навязывание психологической помощи.

Его задача другая: дать человеку чувство опоры и простого человеческого тепла непосредственно во время разговора. А параллельно – оставить дверь открытой для тех, кто все же решит попробовать этот опыт впоследствии.

Коллеги и друзья первыми могут заметить, что человек нуждается в психологической поддержке (фото: Getty Images)

Колбек – это не просто "Как вы себя чувствуете?"

На практике колбек строится не вокруг абстрактных разговоров, а вокруг быстрого скрининга и точечной помощи здесь и сейчас. Специалист не заставляет человека погружаться в травматические детали, если он к этому не готов.

А фокус делается на прикладных вещах:

• Как человек спит?
• Возникают ли навязчивые картинки?
• Есть ли внезапное оцепенение?
• Как меняется общее самочувствие?
• Есть ли тревога?

Это позволяет понять, что происходит с человеком в моменте, и при необходимости сразу предложить инструменты саморегуляции – это могут быть простые телесные техники заземления, дыхательные упражнения для снятия гиперэмоциональности или нормализация того, что ступор и отсутствие эмоций при шоке также могут быть естественной реакцией организма.

Другими словами, человеку не обязательно сразу "разбирать травму". Иногда на первом этапе гораздо важнее понять, что с ним происходит прямо сейчас , и получить несколько инструментов, которые помогут пройти этот момент.

А если человек говорит: "Со мной все хорошо, я держусь"?

Это тоже очень распространенная позиция, и человек может искренне считать, что с ним все хорошо. Или может быть уверен, что справится самостоятельно. Здесь важно не превращать помощь в борьбу за то, кто кого убедит. Практическая задача колбека – не доказать человеку, что он ошибается .

Нет необходимости доказывать человеку, что он "на самом деле травмирован" или что ему непременно нужна терапия. В то же время психолог может мягко снять барьер и создать понятный маршрут обращения на будущее. Можно коротко объяснить, с какими конкретными запросами человек может прийти позже.

К примеру, если после первого шока вдруг возникнет откат или начнется бессонница. Можно также развеять миф о том, что человек "заберет чье-то место" (кому-то больше нужна помощь – частое объяснение), если обратится за помощью.

Тогда телефонный звонок становится не навязыванием услуги, а реальным проявлением заботы. После него у человека остаются конкретные инструменты поддержки, понимания собственного состояния и ощущения, что ему есть на кого опереться.

И, возможно, именно это станет важным позже – в тот момент, когда первый шок пройдет, вокруг станет тише, а пережитое наконец начнет догонять. Ведь после травматического события помощь нужна не всегда именно тогда, когда все вокруг ее предлагают.

Иногда человек поначалу просто выживает, лечится, решает неотложные проблемы и держится. А потребность поговорить, понять собственное состояние или получить поддержку приходит позже. Именно поэтому ценность колбека не только в разговоре. Она еще и в простом сообщении, которое человек получает от людей рядом:

"Мы видим, что с тобой произошло. Нам не безразлично, как ты. И если тебе станет тяжело – ты знаешь, куда обратиться".